Римма Поляк (rimona) wrote,
Римма Поляк
rimona

О смешном (или грустном) на правозащитном съезде

Уже вчера я была на 4 съезде правозащитников в гостинице «Космос». Среди прочих его посетили несколько политвипов. Пришли они все не к началу, а ближе к обеду, которого, впрочем, не было, вместо него всем участникам выдали сухой паек из бутербродов и питьевого йогурта (а еще говорят, что правозащитники жируют на иностранные деньги).
Первым появился Каспаров. О том, что он уже в зале, я поняла, услышав английскую речь, - он давал очередное интервью. На русском Каспаров тоже давал интервью, и вообще, почти все время, проведенное на съезде, Каспаров раздавал интервью разным, преимущественно иностранным СМИ.
Следом явился Рыжков и тоже стал раздавать интервью. Потом они вместе с Каспаровым немного попозировали фотографам, сидя рядышком на стульях и лучезарно улыбаясь, а затем отправились пить кофе в близлежащий бар.
Вскоре Рыжков ушел, так и не сказав с трибуны ни слова (возможно, что-то у него там случилось, но это осталось за кадром). Между прочим, Рыжков и Каспаров входили в оргкомитет съезда, видимо, в качестве свадебных генералов.
Итак, Рыжков ушел, а Каспаров с охраной пересел в ресторан обедать. Я тоже пошла туда обедать, так как питьевой йогурт не люблю, хлеб стараюсь не употреблять, а есть хотелось уже не на шутку. Цены в ресторане сильно кусались, по крайней мере, меня они изрядно покусали, впрочем, для Каспарова это, видимо, сущая ерунда.
Наверное, все уже знают, что Гарри Кимович везде ходит в сопровождении нескольких телохранителей, он и сам об этом говорил в одном из интервью. Некоторых их них я уже узнаю, как родных. Один из этих – родных - был с ним и на съезде (довольно симпатичный мужчина, на мой вкус). Второго телохранителя – лысоватого - я видела впервые. Так вот «везде», оказывается, нужно понимать буквально. Так получилось, что отобедав, я отправилась в туалет одновременно с Каспаровым, а двери в М и Ж расположены рядышком. Гарри Кимович в туалет пошел вместе с телохранителем, и это не выглядело так, что двое мужчин одновременно решили посетить это интимное заведение. Нет, это выглядело как в фильмах из жизни мафиози, когда один из телохранителей открывает дверь, орлиным взором окидывает помещение, а затем пропускает своего шефа. Второй при этом остался охранять дверь сортира снаружи. И знаете, мне так жалко стало Гарри Кимовича. Бедняга! - жена и ребенок в Нью-Йорке, сам – в Москве, и даже в туалет ходит в сопровождении нескольких накачанных мужиков. Тот, который с ним вошел вовнутрь, кстати, был совсем не симпатичный.
А после обеденного перерыва приехал Немцов со свитой. Охрана у Немцова доверия мне не внушила – мальчики лет 20-22, на вид совсем неопытные. У Рыжкова я свиты из телохранителей никогда не замечала, а вот у Касьянова – таки да, замечала, они у него такие же вальяжные, как их хозяин. Кстати, самые крутые телохранители у Лимонова – и, по-видимому, работают они на него за идею, а не за бабки.
Первым слово после перерыва дали, конечно, Каспарову. Он, как всегда, зажег – ничего конкретного, но брутально, громко и пафосно.
Вторым выступил Немцов. Мне бы понравилось то, что он сказал, больше, чем зажигательная речь Каспарова, если бы я уже не читала все, что сказал на съезде Немцов, в течение последней недели раз, наверное, 5 или 6. Когда так часто публично выступаешь, трудно не повторяться. Вроде бы он там что-то присовокупил новенькое, но эффект уже был потерян.
Вскоре после своей речи Немцов ретировался в конец зала. Дал несколько интервью и покинул правозащитников в окружении своей свиты.
Каспаров еще долго сидел. Правда, сидел в фигуральном смысле. Так как на самом деле он все больше стоял за спинами сидящих в зале и по своему обыкновению раздавал бесконечные интервью.

Кроме випов и правозащитников на съезде было много журналистов, преимущественно юных, как охранники у Немцова. Когда я аккредитовывалась, рядом со мной записалась девушка из «Каспаров.ру». Судя по заметке, которую опубликовало это интернет-издание, девушка ушла, как только начался перерыв, так как о второй части съезда в ее материале нет ни слова. Еще одна юная милая девушка с блокнотом сидела некоторое время рядом со мной в зале. Когда съезд принял кое-какую резолюцию, она встрепенулась и стала активно допытываться, о чем идет речь. Ей было сложно сосредоточиться, ведь начало она пропустила. Вскоре она исчезла. Вернувшись домой и заглянув в поисковик, я поняла, что девушка эта – корреспондент «Новой газеты», в заметке этого издания значилось, что съезд принял резолюцию – одну - ту самую, про которую спрашивала меня милая девушка. О том, что кроме этой на съезде были приняты еще 15 резолюций, в «Новой газете» не сказано ни слова.

О сути съезда я напишу позже. Я там еще пыталась снимать, но мало того, что я вообще делаю это ужасно, у меня как назло сели батарейки, и фото получились совсем плохие. Но несколько - с випами – я все-таки выложу.



интервью




снова интервью




рядком




на трибуне




на трибуне




И, совсем забыла, я видела там незабвенную участницу всех протестных акций. Кажется, ее отчество Семеновна, подскажите имя, кто знает.




Примерно такое настроение было на съезде



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments