September 23rd, 2018

пати

Мой внук в опасности!

09/09/2018

Я думала, что ужас был, когда наша дочь бросила своего ребенка в трехмесячном возрасте и мы с мужем его растили сами. Но настоящий ужас наступил, когда в мозгу у дочери что-то перещелкнуло, и она решила, что «самая большая ее ошибка была доверить сына своим родителям». С его 5 лет она сама занялась его «воспитанием», а нас пытается от него изолировать.

Началось «воспитание» с запрета называть меня мамой (Венюша звал меня мамой, а теперь боится и называет мамой, только забывшись). В целом оно больше всего похоже на дрессуру: в его основе лежит постоянный страх наказания, но иногда ребенок поощряется сладостями. Она может отобрать его любимые игрушки. На днях она отобрала в качестве наказания его горшок.

Примерно месяц назад мы, наконец, разъехались с дочерью. Хотя в двухкомнатной квартире, куда мы с мужем переехали, одна из комнат предназначена ребенку (когда мы затеяли этот переезд и начали ремонт квартиры, внук еще находился полностью на нашем попечении), Лиза запретила ему переехать с нами (а он очень хотел). Поездка ребенка к нам в гости стала предметом шантажа со стороны Лизы (шантаж вообще один из излюбленных ее приемов). Наши с внуком разговоры по телефону она контролирует по громкой связи.

Когда я думаю, в каком аду живет мой любимый мальчик, мне становится плохо.

Он заложник своей безумной матери.

Вчера мы заехали к ним, я пришла в ужас – в квартире дикий беспорядок, хотя после нашего отъезда там должно было стать больше места, в комнате все так заставлено и завалено, что ребенку вообще негде играть.

Второй день Лиза болеет – у нее по ее словам, расстройство кишечника и высокая температура. Я предложила забрать на несколько дней Веню к нам. Получила грубый отказ, сопровождаемый криком «уебывай отсюда» (квартира, где живет дочь с сыном, наша с мужем, это она живет у нас, а не мы у нее).
Ночью Лиза позвонила пожаловаться, что ей стало еще хуже. Утром муж поехал к ней, чтобы забрать Венюшу, который вообще остался без присмотра. Лиза мальчика ему не отдала. Сначала вообще не хотела пускать отца в квартиру. Потом, когда он открыл дверь своим ключом, начала орать на него матом. Веня плакал, хотел обнять дедушку, она орала на Веню, не давая им обняться (я слышала все это по телефону, муж позвонил мне и включил громкую связь).
В конце концов, испугавшись, что у мужа случится еще один инфаркт, я попросила его вернуться домой, оставив там Веню.

Мы с мужем не знаем, что нам делать. Внук любит нас, он к нам привык, мы были его семьей с рождения. Мальчик хочет жить с нами. Свою маму он боится. Она разрушает его психику. По-хорошему решить эту проблему не получается. Я неоднократно предлагала дочери самый, как мне кажется, оптимальный вариант в сложившихся условиях: Веня может жить у нас с понедельника по пятницу, ходить в детский сад, а на выходные жить с мамой. Для ребенка это будет лучший вариант. И с мамой он связь не потеряет. А Лиза сможет найти полноценную работу (сейчас она ищет удаленную, конечно, безрезультатно), чтобы содержать себя и помогать нам деньгами для своего ребенка.

Но дочь категорически, на крик против. Ее довод: мы губим ребенка, растим из него чудовище, так как балуем его и «дуем ему в жопу» (откуда у нее это мерзкое выражение, я не знаю, нигде его больше не слышала). Любовь, заботу, внимание, уважительное отношение к личности ребенка она называет «растить чудовище». А постоянный душераздирающий крик, мат-перемат, угрозы наказания и сами наказания, постоянное унижение человеческого достоинства мальчика – это, по ее мнению, необходимые условия, чтобы мальчик не вырос чудовищем.

Моя дочь психически больна. И не диагностирована. При этом она хорошо социализирована благодаря моему воспитанию. Поэтому нет никаких шансов ограничить ее в родительских правах, передав опеку над ее сыном нам – его бабушке и дедушке.

Я не знаю, что делать. Мне страшно за Венечку. И я чувствую себя предательницей, отдавшей его на растерзание своей безумной дочери, которая не осознает своего безумия и отказывается от лечения.

Где искать помощи? У официальных органов – бесполезно, я уже пробовала, к тому же я боюсь, что ребенка могут забрать из семьи. Я пробовала и через психиатрическую помощь. Это тоже оказалось бесполезным. Мне кажется, что единственный оставшийся путь – это суд по лишению дочери родительских прав и назначению нас опекунами внука. Но у нас нет денег на хорошего адвоката, специализирующегося по семейным делам. А без такого специалиста я боюсь навредить ребенку. Этот путь в любом случае будет тяжелым для всех.

Я давно порывалась написать об этом, и каждый раз откладывала. Вот, все-таки решилась написать. Что делать? Я в полном тупике.

12/09/2018

Сегодня днем позвонила дочь и сказала, что наверное привезет к нам Веню. Мой муж сам за ним поехал и сейчас привез. Венечка обритый наголо, весь в синяках и садинях. На ухе кровоподтек - я спросила, что это, Веня ответил, что это его ударил папа Ваня. Этот самый папа Ваня был эти два дня с ними - с Лизой и ребенком. В детский сад они его в эти дни не водили. Когда муж забирал Венюшу, он отметил, что Ваня пьяный (это его обычное состояние, он алкоголик).

Мне срочно нужна помощь - не досужих обывателей (уж извините, друзья, я очень ценю ваше участие, но сейчас ситуация сложная до крайности), а профессиональных юристов, занимающихся вопросами семьи и защиты детей. Ребенку находится с его родителями опасно. Мне нужен четкий алгоритм действий, что делать сейчас, чтобы ребенок больше не возвращался к матери (отец в документах не значится), чтобы его не забрали в приют, а он жил у нас, и что нужно делать, чтобы возбудить дело о жестоком обращении с ребенком и лишении матери родительских прав и назначении нас с мужем - его опекунами.

Антон Жаров, пожалуйста, обратите внимание на мой пост!


14/09/2018

Венечка приехал к нам в среду мало того, что обритый наголо и в синяках и кровоподтеках (почти все они на голове и лице), но и замученный, сильно похудевший и с явными признаками длительного недосыпания. Кстати, он наотрез отказался фотографироваться, хотя всегда любил это.

Он очень нервный, агрессивный, как зверек, сжимает кулачки, плюется, кусается, царапается, дерется, прячется. В общем, защищается, как может. Это проявлялось и раньше, с тех пор как Лиза стала замечать, что у нее есть сын, и пытаться его воспитывать, но не в таких объемах и не с такой отчаянностью.

Вчера утром я не стала его будить, ждала, пока сам проснется. Он проснулся в час дня. Сегодня в 12 решила его поднять, но он совсем не выспавшийся, и я задвинула занавески, пусть спит, пока сам не встанет. Сегодня он тоже встал в час дня.

Ест очень быстро, хотя раньше проблема была в том, что он медленно ел. Наверное, наголодался.

Вчера пошел с дедушкой гулять на детскую площадку, муж говорит, это было ужасно. Очень агрессивен с детьми, особенно с мальчиками, пытается силой заставить играть с собой. Раньше он тоже был не сахар, но такой явной агрессии не было.

А сегодня сказал, что не хочет идти гулять.

Считаю, что это последствия Лизиного «воспитания», она ведь тоже заставляет его силой делать то, что он не хочет. И он ведет себя, как она.

Лиза звонит каждый день с утра с требованием отвести его в детский сад. Вести ребенка в таком состоянии в детский сад (а он только начал в него ходить с 3 сентября, что само по себе стресс), нельзя ни в коем случае.

Сейчас ему, прежде всего, нужно отоспаться, отогреться в спокойной семейной обстановке, в атмосфере любви и принятия. Затем ему нужны индивидуальные занятия с психологом. И только потом, через несколько месяцев, может идти речь о групповых занятиях. А в сад, где в группе 25 человек, ему можно будет еще нескоро (а сейчас там и вовсе ремонт, так что две группы объединили в одну, я вообще не понимаю, как можно присматривать за таким количеством детей 4-5 лет). Так что в сад желательно будет пойти не в этот, куда его отвела Лиза, а в специализированный, логопедический, где группы детей меньше, а внимания, в том числе специалистов, к ним больше.

Проблема в том, что Лиза в любой момент может потребовать забрать его обратно. А еще проблема в том, что записаться на прием к психологу или другому подобному специалисту может только родитель или опекун. Получается, что закон пытается защитить детей, но дать им защиту от неадекватных жестоких родителей не может.

Вчера я была на консультации у адвоката (по рекомендации). Собственно, ничего нового для себя не узнала, может быть, за исключением некоторых нюансов. После консультации окончательно решила не водить Веню на освидетельствование синяков, потому что доказать, когда и от кого он их получил – невозможно. Лиза заявляет, что его побили дети в саду, в саду воспитательница в разговоре с мужем утверждала, что дети посадили ему только одну ссадину на подбородке. Конечно, при таком количестве детей в одной группе уследить за ними невозможно, таких групп вообще не должно быть. Лиза тоже может лгать. Какие-то синяки он мог посадить себе сам. А риск, что врач заявит в полицию и те решать забрать ребенка из семьи, остается. Так что синяки пройдут, это не так страшно. Гораздо тяжелее справиться с психологическими травмами, нанесенными Венюше его родителями. Беда в том, что изолировать его от них невозможно без решения суда, а до суда пройдет уйма времени, да и какое он примет решение – тоже неизвестно.

Лиза никакой вины за собой не чувствует и вообще убеждена в своей правоте. Достучаться до ее разума невозможно. В ночь со среды Венюша описался в кровати. Это случилось впервые с тех пор, как он полностью отказался от подгузников. Я не могу объяснить Лизе, что это последствия того, что она в наказание отобрала у него горшок. Как не могу объяснить, что сбривание волос в качестве наказания – это жестокое насилие, которое оставит след в его душе навсегда.

Так называемый «папа Ваня» вообще опасен для ребенка, он постоянно пьян и что творится в его пропитом насквозь мозгу неизвестно. Пока что со слов Лизы я знаю, что он регулярно советует отлупить Веню ремнем. И с нее станется последовать его совету.

Суперадвокату Антону Жарову я, конечно, написала не только в Фейсбуке. Сегодня мне позвонили из его конторы и пригласили на консультацию. Стоит консультация 15 тыс. руб. (думаю, я не выдала коммерческую тайну, озвучив сумму). Пришлось отказаться, для нас с мужем сейчас это неподъемные расходы.

Конечно, дети – самое важное в жизни, и на них не жалко ничего. Ничего из того, что есть. И я отдаю Венюше (как раньше дочери) все, что у меня есть: любовь, заботу, здоровье, силы, нервы, время, знания. Когда были деньги – отдавала и их. Сейчас денег нет. А у адвокатов, особенно раскрученных, благотворительность, наверное, не в моде.

В общем, пока так. Живем одним днем, делаем что можем, и будь, что будет.



20/09/2018

Я СЕГОДНЯ СДЕЛАЛА БОЛЬШУЮ ОШИБКУ – ПОЗВОЛИЛА ДОЧЕРИ ПРИБЛИЗИТЬСЯ К ВЕНЕ, И ОНА ЕГО ОТОБРАЛА.

Расскажу по порядку. Венюшу Миша привез к нам 12 сентября, худющего, с огромными тенями под глазами, с синяками и ссадинами на голове, обритого. Он первые два дня ел с огромной скоростью, заглатывая еду как гусь, хотя обычно у нас проблема с тем, что он ест слишком медленно. Он был истощен физически и психически. Видимо, очень мало спал. И это все за полторы недели, проведенные со своими мамой и папой (заметьте, эти двое живут в нашей с мужем квартире и даже не оплачивают коммунальные услуги). Похоже, что последние два дня, когда они его не водили в сад, Веня просто голодал.
За неделю у нас Венечка отоспался, успокоился. Зажили синяки и ссадины, исчезли тени под глазами. Он немного набрал вес. Но главное, он перестал быть таким агрессивным, каким приехал в среду, 12.

Вчера, 19 сентября, мы с ним ездили к психологу в Городской психолого-педагогический центр, Лиза записала его туда давно, но так ни разу и не съездила. В Центре мы обошли всех специалистов: психолога, дефектолога, логопеда, составили график занятий.

Психолог уделила нам много времени. По ее словам, учитывая все обстоятельства Вениной жизни, особенно беременность и роды, когда Лиза истерила всю беременность, не соблюдала рекомендаций врача и курила по 3 пачки сигарет в день, и в итоге он родился с недостатком веса и нахлебался микониевых вод, он большой молодец. Умный мальчик, с хорошим потенциалом для восстановления и развития.

Психолог посоветовала не водить его пока в сад, а к тем занятиям, которые мы будем посещать в Центре, добавить группу кратковременного пребывания пару раз в неделю или какой-нибудь кружок, где ему будет интересно. А со временем найти другой сад, с маленькими группами, желательно логопедический. И лучше поближе к дому. И главное – постараться, чтобы Веня жил с нами. Правда, как это сделать, она посоветовать не смогла.

А вечером того же дня мне позвонила воспитательница из детского сада, в который Веню определила Лиза (по адресу проезд Русанова, д.9, к.2, это район Свиблово, хотя Лиза живет в нашей квартире в Ростокино, а мы теперь живем в Отрадном), и попросила приехать пообщаться с ней и заведующей. Она тоже согласилась с тем, что для Вени лучше будет ходить в логопедический сад, и предположила, что заведующая может посоветовать такой садик в Отрадном.
Сегодня во второй половине дня мы с Веней поехали в сад. Дорога заняла больше часа. Туда ходит только один автобус, и мы его долго ждали. До автобуса идти минут 15-20 и после автобуса еще минут 10.

Первую ошибку я совершила, когда по телефону рассказала Лизе, что меня попросили приехать в сад. Лиза сразу закричала, чтобы в сад без нее я не смела ходить. Вторую ошибку я совершила, когда, стоя в ожидании автобуса, ответила на Лизин звонок и сказала, что мы едем в сад.
Лиза примчалась туда тоже.

Заведующей не оказалось на месте, воспитательница была не та, которая мне звонила, а ее сменщица. Она позвала администратора, и разговор был в основном с ней. Он свелся к тому, какой у них замечательный детский сад, и что надо бы нам с дочерью договориться, чтобы поступить так, как лучше для ребенка.

Позвонил муж, и я попросила его подъехать за нами к детскому саду, т.к. похолодало, а нам еще предстояло долго ждать автобуса.
Мы уже с ним вдвоем попытались уговорить Лизу пока не водить Веню в сад, но все было бесполезно. Вдруг она схватила Веню и потащила его прочь от нас. Веня заплакал.

Остальное Миша снял на видео. (Кто не захочет смотреть: Веня цеплялся за меня руками и ногами, плакал и кричал, отчаянно дрался, но Лиза продолжала отрывать его от меня. Она проявляла жестокое упрямство в отношении ребенка, но почти без агрессии. Это потому, что она «работала на камеру». Не будь камеры, поверьте, она была бы намного грубее, жестче и агрессивнее.)

https://youtu.be/SvHzr-VBWvY

В конце видно, что приехала полиция, вызванная Мишей по моей просьбе. Дальше видео обрывается.

Было следующее: полицейские просили нас всех пройти в отделение района Свиблово. Лиза отказывалась. Тогда полицейский собрался вызвать Скорую, чтобы Веню отвезли в больницу. Мы все вместе с большим трудом уговорили Лизу все же пойти в полицию.

Закончилось все тем, что полицейские отдали Веню Лизе. Майор, который с нами беседовал, похоже, все понял правильно, но по закону он мог только просить Лизу разрешить Вене поехать с бабушкой и дедушкой, так как это будет лучше для ребенка. Но ей не важно, что лучше для ребенка, у нее на него свои планы. Хорошо еще, что пока мы были в полиции, Веня успокоился, и она увела его не силой и без слез.

Мы с Мишей вернулись домой вдвоем. Завтра должны позвонить из полиции, будет разбирательство. Надеюсь, в Свиблово в отделе по делам несовершеннолетних работают люди, похожие на сегодняшнего майора, а не на своих коллег из Ростокино, к которым после нескольких вызовов полиции к нам домой я обращалась в 2015 году с просьбой помочь мне лишить Лизу родительских прав.


21/09/2018

Вчера, когда Венечка цеплялся за меня, а Лиза его не отпускала и силой оттаскивала от меня (видео в предыдущем посте), у меня возникла такая стойкая ассоциация с притчей про суд Соломона. Помните, к Соломону пришли две женщины с одним ребенком, и каждая утверждала, что ребенок ее. Соломон приказал решить спор перетягиванием ребенка, кто его перетянет, та и есть его мать. Одна женщина с готовностью согласилась, а вторая отказалась тянуть ребенка и уступила его первой. Тогда Соломон вынес вердикт: та, кто уступила, и есть настоящая мать ребенка.


23/09/2018

Венюшенька заболел. Я не удивлена, после такого сильного стресса, который он пережил, этого следовало ожидать.

Со вчерашнего вечера у него высокая температура. Лиза врача ему не вызывала. Со мной не общается даже по телефону. Миша сейчас вернулся от них, отвозил обратно Венины вещи и документы по требованию Лизы. Я не поехала, чтобы не мучить мальчика еще одним скандалом со своей бесноватой дочерью, с нее станется не пускать меня в мою квартиру. Пока муж был там, я позвонила, Лизы не было в квартире, она курила на лестничной клетке, и я попросила дать мне поговорить с Венюшей, но он отказался со мной говорить. Обижен на меня. Считает, что я его не защитила. Бедный мой мальчик!

Показательный штрих: ночью, когда у мальчика была высокая температура и его нельзя было оставлять одного, Лиза поперлась на улицу и несколько часов участвовала в разборках между парочкой наркоманов, таксистом, чью машину они разбили, полицией и скорой помощью. Об этом с энтузиазмом она рассказала отцу. Для нее это характерно – полное смещение приоритетов - бросить без присмотра своего ребенка с высокой температурой и ввязаться в разборки посторонних людей.

Господи, как мне добиться признания факта, что дочь психически больна и не может самостоятельно воспитывать ребенка! Как же мне нужна сейчас помощь опытного юриста по семейным вопросам!

Из ОВД Свиблово так и не позвонили. Не хотят они связываться с этим делом.


24/09/2018

Сегодня, наконец, позвонили из ОВД Свиблово, не мне, а только дочери. Сказали, что передают материалы в ОВД Ростокино.

пати

Как спасти внука от психически нездоровой матери?!

На этом видео наша семья, мой внук, моя дочь, я и мой муж. Подробности здесь.



https://www.youtube.com/watch?v=SvHzr-VBWvY&t=3s