Римма Поляк (rimona) wrote,
Римма Поляк
rimona

Добрые пожелания Дмитрию Медведеву

Ии интервью Дмитрия Медведева корреспондентам газеты The Times

Вопрос:
Дмитрий Анатольевич, Вы упомянули о том, что в России молодая демократия, и в последние месяцы мы видим, как расцветает деятельность в области создания гражданского общества. Вы внесли изменения в законодательство, для того чтобы упростить регистрацию партий. Были приняты и другие меры. Но есть опасения в последнее время, что принимаются законы, которые направлены на противоположный эффект - они рестриктивные по отношению к демонстрациям и деятельности некоммерческих организаций. И вот, например, был недавно случай с Pussy Riot, которых обвиняют, процесс над которыми идёт. Вы считаете, что это уменьшение свободы обоснованно?
 
Д.А.Медведев: Знаете, мне кажется, что иногда, особенно в общественных ощущениях, возникают некие фантомы, в которые начинают верить, и возникают стереотипы, которым начинают следовать. На мой взгляд, если говорить о нашем законодательстве, за последние несколько месяцев ничего особенного не случилось. Но если тот или иной человек хочет получить доказательства, что Россия вновь устремилась к тоталитаризму, наступает на гражданские права, то, конечно, их можно найти где угодно – в любом обществе и в любой стране. Ну вот то, что вы упомянули – закон о некоммерческих организациях: ведь действительно тот законопроект, который был принят Государственной Думой, в абсолютном своём содержании, в абсолютном объёме своей нормативной части соответствует целому ряду иностранных законов, включая известный американский закон, это первое.
 
Второе: сама по себе конструкция «иностранные агенты» не означает, что это какое-то обвинение, ни в коей мере. Это просто констатация того, что та или иная неправительственная организация получает деньги из-за рубежа. Ни одно государство к этому не относится безразлично, потому что когда из-за рубежа поступают, например, деньги на ведение политической деятельности, в принципе это вызывает вопросы во всех государствах – и в Британии, и Соединённых Штатах Америки, везде. Поэтому упорядочить эту ситуацию, мне кажется, было нужно и возможно. Что же касается применения этого закона, то он пока не применялся. Я абсолютно уверен в том, что он радикальным образом никак не скажется на деятельности некоммерческих организаций – и тех, которые занимаются политическими вопросами, и тех, которые занимаются экономическими и гуманитарными вопросами. Пока есть закон, но нет практики его применения и, на мой взгляд, там нет конфликтного потенциала. Но если всё же там какие-то проблемы возникнут, законодатели это могут откорректировать, в том числе та же самая основная наша партия, которая имеет большинство в Государственной Думе и которая, собственно, и голосовала за этот законопроект.
 
Если говорить о других резонансных темах, включая известный уголовный процесс, который вы упомянули, мне кажется, тоже к этому нужно относиться спокойно. Разве есть приговор? Его нет – идёт следствие. Конечно, позиции разные. В некоторых странах за подобные действия ответственность была бы существенно более строгой, не говоря уже, что в определённых политических условиях такая деятельность могла бы весьма печально закончиться для тех, кто её осуществлял бы, находясь в пределах того или иного храма – не важно, кстати сказать, какой конфессии. Но самое главное заключается в том, что я сказал: давайте дождёмся завершения следствия и приговора суда, после этого можно будет говорить о том, было совершено преступление или не было совершено. Дело резонансное, потому что оно действительно касается понимания нами прав и свобод личности. Но здесь, как мне представляется, всегда будет разница в восприятии того, что позволено и не позволено с моральной точки зрения и где нравственные проступки перетекают в разряд уголовно наказуемых действий. А есть ли они здесь или нет – вот это и предстоит определить суду. Именно суд должен принять решение о том, как принято говорить у юристов, присутствует ли здесь corpus delicti, то есть состав преступления, или его нет. Если его нет – значит, тем, кто осуществлял известное действо, повезло: они прославились, но ответственности не понесли. Хотя, конечно, сейчас то, что часть этих девушек находится в тюрьме, уже довольно серьёзное испытание для них и для их семей, это, конечно, я понимаю.

Перевод полностью: http://government.ru/docs/19842/


Если бы сын Медведева вместо юрфака МГУ оказался в СИЗО или сам Медведев оказался там же, он тоже говорил бы «мне кажется, к этому нужно относиться спокойно»? Подумаешь, 5-6-7-12 месяцев в тюрьме без приговора. А потом – если повезет – можно и прославиться.

От всей души желаю Дмитрию Медведеву прославиться таким же образом – через многие месяцы, проведенные в заключении в российском СИЗО по обвинению в уголовном преступлении. А если сильно повезет – то, как Ходорковскому, – путем многолетнего заключения в российской колонии строгого режима с конфискацией имущества. Ну, а если судьба ему сильно благоволит, то он даже может удостоиться чести попасть в колонию «Дельфин» для пожизненно заключенных, как Пичугин.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments